Библиотека

Метки:

Щусев А. О национальном фонде для охраны некоторых памятников деревянной архитектуры родного севера.

Доклад, сделанный на 5-м съезде зодчих в Москве
 
 
Остатки древней крепости в г. Якутске
Остатки древней крепости в г. Якутске — 1683 г. (фот. Императорской Археологической комиссии).
 
Я хочу поделиться мыслями не о красоте древности — об этом в наше время много говорят, пишут, думают, делают — вот об этом последнем слове «делают» для старины, о фактах работы для старины, я и хочу побеседовать.
По поводу охраны древних памятников мне лично приходилось участвовать в работах нижеследующих археологических учреждений: Императорской Археологической Комиссии, Академии Художеств, Императорского Русского Археологического Общества, Общества защиты и охраны памятников старины и искусства, а также я имел честь заседать в качестве представителя Академии Художеств в междуведомственной комиссии министерства внутренних дел, труды которой окончились, но пока не дали еще никаких осязательных результатов и не вылились в одно целое.
Все вышеназванные общества работают, заботятся о старине, воюют с вандалами, многое им удается сделать, очень многое, но это многое все-таки капля в море, несмотря на то, что страна наша очень небогата стариной по сравнению с Западной Европой.
Министерство внутренних дел, образуя междуведомственную комиссию еще 50 лет тому назад, хотело объединить в одно целое планомерную регистрацию, популяризацию и охрану памятников. 50 лет заседания то возобновлялись, то прекращались безрезультатно из-за того, что организация дела попадала в руки преимущественно чиновников, а не лиц, искренно преданных делу старины.
Организаторы желали создать министерство или департамент с окладами, перепиской, бумагами, не имея самого главного — подготовки и интереса к делу; происходили расколы на почве того, кому быть главным, - в результате дело чахло. Зачахло оно пока и в последней междуведомственной комиссии с тем, чтобы продлиться быть может новые 50 лет.
 
Главная башня Николо-Корельского монастыря
Главная башня Николо-Корельского монастыря на летнем берегу Белого моря близ Архангельска — 18 века (фот. В. А. Плотникова).
 
В настоящее время фактическим государственным органом охраны является Императорская Археологическая Комиссия. Здесь есть средства, правда, очень и очень незначительные, но все-таки постоянные, есть совет сведущих лиц, представителей ведомств и учреждений, есть академик архитектуры П. П. Покрышкин, неутомимо разъезжающий по Европейской и даже Азиатской России, есть власть запрещающая, Комиссия издает труды, очень ценные в археологическом и художественном отношении, но Петербург — центр, памятники далеко, пока придут вести и помощь бывает уже поздно, а потому Комиссия в том виде, как она есть, при всей своей работоспособности еще далека и очень от удовлетворения часто даже самых насущных нужд охраны памятников.
Из общественных организаций наиболе крупное — Московское археологическое общество, зарекомендовавшее себя на протяжении десятилетий крупными трудами и изданиями, не боявшееся выступать с протестами против против мнения толпы в вопросах вандализмов. В обществе много сил, много работают, охряняют, спасают, но и этого для нашей страны чрезвычайно все-таки мало, отовсюду слышатся голоса, там то-то уничтожили, там собираются уничтожать, или памятник просто погибает без помощи, или памятник чинят так, что лучше бы его и вовсе не чинили. Пример налицо — окраска масляной бурой краской церкви Георгия Неокесарийского на Полянке, причем этому вандализму никто не препятствует, совершает[ся] он в настоящее время.
Академия Художеств слишком занята вопросами искусства и имеет возможность лишь немного времени и средств уделить обмерам, описаниям и изданиям памятников.
Общество защиты и сохранения памятников около 3-4 лет, но свежее и энергичное, не замкнувшееся в маску специальности и науки, за короткое время много сделало для популяризации старины среди общества столицы и провинции, также и в среде высшего духовенства.
За короткое время своего существования общество энергично собирало суммы путем подписок, благотворительных вечеров, спектаклей, церковного сбора, реставрировало двор[ец] Разумовских в Батурине, реставрировало Ферапонтов монастырь, организовало в провинциальных центрах отделения общества, пропагандирующие идеи любви и уважения к памятникам искусства и старины. Некоторые из этих отделений, как, например, Тульское, старины и искусства очень молодое, существующее, зарекомендовали себя чрезвычайно полезной и энергической деятельностью. Наконец, ведомство православного исповедания, владеющее наибольшим количеством древних памятников, начало устраивать епархиальные музеи, рассылать в епархии постановления об охране старины и видимо во многом прозревает и меняет прежние мнения. Архивные комиссии и провинциальные общества я перечислять не буду, все они посильно вкладывают свои труды в общее дело.
 
Погост в Кижах
Погост в Кижах — 18-го века. Олонецкой губ. Петрозаводского уезда (фото Д. В. Милеева).
 
Несмотря на все перечисленные благоприятные признаки приближающегося добродетельного отношения к древности, я решаюсь утверждать, что немедля надо сделать что-то решительное, иначе многие памятники архитектуры чрезвычайной ценности не дождутся весны, заботы о себе и погибнут окончательно или частично, - что будет для нации и страны непоправимым вредом. Памятники эти — деревянные церкви нашего севера.
Об их художественной ценности говорить не приходится, она весьма известна, их поэтические облики тонко очерчены в истоии искусства Грабаря, не говоря уже о предыдущих изданиях Суслова и фотографиях Борщевского, Билибина, Плотникова и Милеева.
Если мы вглядимся в них с точки зрения их долговечности, мы придем в ужас от того, что есть в натуре.
Вот несколько данных из путешествий арх. Милеева. Церковь Св. Илии пр. Холмогорского уезда, дер. Чухчерьменской (Архангельской губернии) падает, четверик подгнил, крыша протекает. Стоя на берегу Сухоны, берег осыпается и грозит ей падением.
Церковь в Кижах Олонецкой губернии также.
Иконы расхищаются и увозятся. Деревянные кровли заменяются железными. Церкви красятся в белый цвет. Таких примеров чрезвычайно много, и знатоки севера их подтвердят.
Те каменные могут ждать, но эти деревянные — нет, ни в каком случае. Здесь нужна помощь немедленная...
Рассмотрим же, какой нам ждать помощи.
Прежде чем заговорить о помощи, надо выяснить вопрос о том, кто и как будет помогать. Это вопрос чрезвычайной важности, так как плохая помощь пожет погубить памятник хуже, чем если бы его погубило время.
Конечно, дело рук человеческих не может совершаться без ошибок, но наука археологии у нас пошла вперед значительно, методы охраны и чинки выбраны осторожно, ошибки могут быть от недосмотра частичные.
Я говорю только о памятниках зодчества. Под методом осторожной реставрации я подразумеваю чинку памятников, но отнюдь не более. Но и при чинке возможны ошибки и очень большие.
В виду неудачных чинок существует мнение некоторых, которое стоит за то, чтобы памятники лучше совсем гибли, чем их чинили бы так, как теперь принято. Пример, когда я чинил и собирал церковь св. Василия в г. Овнуче даже такие лица как арх. Фомин были против этого, полагая, что памятников чинить вообще не следует.
Вот тут-то и нужны будут авторитетные мнения съезда, так как чинителями являются зодчие совместно с учеными; роль зодчего самая ответственная, и если он из этого дела создает себе только кусок хлеба или лишний заработок и популярность, то это равносильно плохому доктору, отправляющему своих больных на тот свет, с той только разницей, что больными являются общественные ценности. Но ведь большинство памятников находятся в провинции, часто в глуши, местные зодчие не могут быть в курсе археологической науки, как быть в этом случае?
Я предложу во второй половине своего доклада меры, хотя и не поручусь за их полную действительность в будущем.
Но как там ни рассуждать, но когда памятник подгнил и валится, то помощь ему нужна, а потому вернемся к предыдущему и посмотрим, какой нам ждать помощи.
Если мы заглянем в заграничные законодательства об охране, мы увидим все несовершенство и случайность нашей организации.
На западе охрана выделена в самостоятельную единицу, заведуют ею специалисты, а парламент законодательно отпускает на это дело громадные суммы. Скоро ли такой порядок можно ждать у нас и могут ли ждать этого желательного порядка наши деревянные памятники? Нет, не могут.
В нашей стране слишком много другой и более важной для момента работы, думать об охране мертвецов трудно, когда приходится возиться с живыми. Наконец, мы начнем спорить, кому стать во главе учреждения, и препятствовать друг другу.
 
Ильинская церковь в Чухчерьме
Ильинская церковь в Чухчерьме — 1657 г. Архангельской губ. Холмогорск. уезда (фот. Д. В. Милеева).
 
То, что я наблюдвю в течение 15 лет, заставляет меня повторить, что здесь нужно что-то другое, здесь нужны просто средства, а полезно воспользоваться ими для поддержки и охраны может любое из существующих археологических учреждений или обществ, независимо от того, какое из них старше или важнее. Но как добыть эти средства и как их зарегистрировать?
Деревянные памятники севера гибнут. Для поддержания этих хрупких памятников необходимо иметь постоянный национальный фонд.
Распоряжаться им должен постоянный комитет съездов зодчих совместно с одним из археологических обществ. Распоряжение капиталом выражается в организации художественно-археологических ремонтов памятников. Средства для национального фонда съезд должен домогаться получить или у Государственной Думы или устроить дневной кружечный сбор на улицах крупных городов России, для чего провинциальные отделения общества защиты и сохранения памятников старины будут чрезвычайно полезны; сбор будет на национальный фонд охраны памятников старины родного севера, памятников чрезвычайной ценности для искусства и нации, которые мы должны спасти немедленно, не дожидаясь благоприятных обстоятельств создания общегосударственного учреждения.
Переходя затем к мерам более правильной охраны памятников в провинции, я предлагаю выработку археологической инструкции в помощь провинциальным зодчим, в ведение которых по служебным обязанностям попадают часто редкие и ценные памятники.
Под именем инструкции я подразумеваю ряд советов опытного археолога или коллегии, комиссии, советов, поясненных иллюстрациями и практическими указаниями. Примером подобных инструкций может служить издание брошюры Императорской Археологической Комиссией (автор П. П. Покрышкин) о том, какие способы должны применяться для наиболее верных обмеров зданий. Краткие советы с иллюстрациями весьма ценные.
Как схему инструкций, я предложил бы нижеследующий план:
1. Подразделение памятников на категории: деревянные, каменные, церковные, гражданские.
2. Разобрать каждую из категорий по составным частям, приведя частные примеры осуществленной уже починки здания, например, чинка кровли, сруба, крестов, окон с иллюстрациями с натуры и чертежами.
3. Непременно требовать при чинках не изменять старинных способов обращения с материалами и их употреблением.
4. Общие указания, к кому обращаться в случае археологических сомнений.
5. Издать брошюру «строительно-археологический справочник» и распространять ее в епархиях и губерниях.
 
Девятиглавая церковь в Кижах
Девятиглавая церковь в Кижах — 18-го века. Олонецкой губ. Петрозаводского уезда (фот. Д. В. Милеева).
 
Среди разных мнений об искажениях памятников есть одно и весьма основательное, а именно — строители искажают хуже, чем даже вредители, а потому надо сначала заботиться о поднятии уровня соответствующего образования в учебных заведениях, дающих право строить, и о введении курсов по искусству и археологии.
Все это верно, правильно, но все это делается медленно, нам же нужно теперь, сейчас, на будущий год.
Воспитательную роль может в значительной мере сыграть вышепредложенный мной справочник, который можно разослать в самые глухие углы наших губерний.
Для разработки идеи справочника комиссия съездов могла бы обратиться во все археологические учреждения, у нас есть силы и средства для осуществления такого полезного издания.
В заключение еще раз повторяю, что в нашей стране с обереганием старинных памятников медлить нельзя, каждый год являет нам все новые и новые археологические и художественные мартирологи.
 
Примеч. ред. Результатом доклада явился летучий сбор денег на фонд; собрано около 200 р., которые и переданы в комитет — Съездов зодчих.

Источник:

Архитектурно-художественный еженедельник. 1914 г., 4 июня, №10, с.с. 117-121.

Информация

Новости